Сноубордиста накрыло снежной лавиной. Будучи по шею погребенным снегу, он увидел в горах странного человека…

Глава I

Достигая определенного возраста, почти каждый человек начинает ощущать внутреннюю потребность в реализации собственных амбиций. Искать то, что поможет ему стать по-настоящему свободным. Разумеется, не в прямом смысле, а свободным духовно. Сбросить с себя невидимые оковы, давившее на психику много лет, сдерживающие самые светлые порывы.

Так получается, что нередко люди сначала сами себя в течение многих лет ограничивают со всех сторон. А затем, когда наберутся жизненного опыта и к ним придет понимание своего истинного предначертания, пускаются на поиски той самой душевной свободы.

Поиски эти проходят по-разному. У каждого свой путь к внутренней свободе. Кто-то путешествует по миру, кто-то изменяет супруге. Кто-то вдруг открывает в себе талант к написанию стихотворений. К сожалению, некоторые люди, даже не подозревающие, что находятся в поиске духовной свободы, обретают пагубное пристрастие к алкоголю или наркотикам.

Станислав Путилов ощущал себя внутренне свободным, когда скользил вниз на сноуборде по заснеженным горным склонам. Чтобы ветер в лицо, чтобы глаза слепило от солнца, чтобы справа и слева мелькали удивительные горные пейзажи…. Стас всегда старался выбирать не заезженные горные трассы, которые изучены любителями этого вида спорта вдоль и поперек. А глухие, заброшенные тропы. И чем они были сложнее, извилистее, чем круче были склоны, тем интереснее.

Сноубординг – настоящая страсть Путилова. Он заболел катанием на сноуборде 6 лет назад. Как-то товарищ пригласил его в горы, чтобы покататься на лыжах. Там, кроме лыжного обмундирования и самих, собственно, лыж, можно было взять в аренду пластиковую доску с креплениями для ног. Как потом выяснил Станислав, эта доска называется сноубордом. Попробовав пару раз проехаться на доске, Путилов навсегда забыл о лыжах. Да и о прочих видах спорта тоже. Теперь его интересовал исключительно сноуборд.

Того, что спуски на пластиковой доске вниз по горным склонам являются сами по себе опасным и довольно травматичным занятием, Стасу было недостаточно. Ему вообще по жизни не хватало адреналина. Каждый раз нужно было брать все новые и новые высоты, ставить рекорды, бросать вызов судьбе. Без чувства опасности Путилов жить не мог. Спуски стали для него «наркотиком», от которого он не в силах отказаться.

Характер Стаса таков, что везде и во всем он стремился быть первым. Вот и в этом спорте он тоже хотел быть, так сказать, первооткрывателем. Первым покорить какой-то сложный, крутой, нехоженый склон горы. Над друзьями и знакомыми, которые просили его одуматься, не заигрывать со Смертью, не дергать судьбу за пятую точку, Станислав лишь подсмеивался.

Глава II

Многими людьми подмечена интересная тенденция: неприятности всегда в большинстве случаев происходят неожиданно. К ним невозможно подготовиться. Лишь радостные события можно предвкушать, ждать и этим ожиданием наслаждаться. А неприятности – раз и произошли! Опомниться не успел! Так случилось и в этот раз. Стас защелкнул фиксаторы, попрыгал на месте, проверяя надежность креплений. Таким способом он не только проверял, насколько прочно ноги прикреплены к доске, но и придавал себе уверенности.

Немного размяв руки и шею, перекрестившись, Путилов соскользнул со склона. Сноуборд, легко скользя по снегу, устремился вниз, быстро набирая скорость. В кровь лошадиными дозами поступал адреналин, где-то в районе живота появилось приятное щекотное ощущение, в глазах зажегся знакомый огонек. То, что воздух вокруг как-то непривычно вибрирует, Стас заметил не сразу. Потом, когда он обратил внимание на этот нюанс, понял, что окружающее пространство стало каким-то непривычным. Оно начало неимоверно быстро и главное – неестественно меняться.

Затем горизонт уплыл куда-то в сторону. Небо и снежный ковер, покрывавший горный спуск, начали быстро-быстро меняться местами: вверх-вниз, вверх-вниз. Потом Путилов услышал глухой звук, похожий на удар. И только спустя секунду понял, что это звук падения его же собственного тела. Ноги подскочили настолько высоко, что оказались выше головы. Одну ногу потянуло вправо, руки ушли за спину. Теряя от боли сознание, Станислав догадался: его накрыло мощной лавиной.

Судьба нередко проявляет жестокость по отношению к людям. А иногда, расщедрившись, она преподносит подарки. Но в некоторых случаях, словно томясь от скуки, судьба решать поиграть с людьми в странную игру. И правила этой игры нестандартны. Именно так произошло со Стасом. Потеряв сознание, он пролежал около 1,5 часов. Первым, что увидел, когда очнулся, был искрящийся, ослепительно белый снег. И яркий свет – из глаз брызнули слезы.

Путилов машинально зажмурился, заморгал. Привычным движением руки хотел надвинуть на глаза солнцезащитные очки на резинке, которые при спуске всегда находились на голове. Но движение оказалось безрезультатным. Стасу даже пошевелить пальцами руки не удалось. Не более 3 секунд ему понадобилось на то, чтобы понять, что именно с ним произошло и в каком положении он сейчас пребывает.

Накрыв Путилова с головой, лавина протащила его по склону в своем нутре несколько сотен метров. Напоследок она подложила ему свинью – погребла его под толстым слоем снега. Стас оказался в западне. Он, словно похороненный заживо, был заточен в снегу, который по прочности напоминал застывший бетон. Только голова возвышалась над поверхностью плотного снежного покрова.

– Вот я влип! – с отчаянием произнес Путилов. – Так, ладно. Главное – жив. Хоть дышать могу. Это уже немало. Надо как-то откапываться и идти к людям. Все-таки мне повезло. Мог бы запросто погибнуть.

Станислав размышлял о том, как будет спасаться. Он понимал, что, если его тело находится в горизонтальном положении относительно каменной тверди, значит, спасение окажется более легким. Если нет – придется тяжко. Путилов попробовал провести разведку боем – пошевелить руками. Они оказались круто заломленными за спину. Однако слегка пошевелить пальцами ему удалось. По ощущениям он понял, что руки не утратили чувствительность и, скорее всего, не поломаны. Это радовало.

Но в следующую секунду Стаса накрыла волна отчаяния. Еле-еле пошевелив пальцами ног, он понял, что практически стоит. То есть его тело относительно горного склона расположено вертикально. Он почти стоял на склоне, как куколка, туго спеленатая снежным коконом.

– Проклятье! – тихо выругался Стас.

Он не пал духом, поскольку конечности его, согласно ощущениям, оказались вроде целыми. Это огромный плюс. Голова гудела, словно колокол.

– Наверняка, когда я катился по склону, ударился пару раз о край какого-нибудь камня. Вот и отключился, – сделал вывод сноубордист.

Стас знал, что в подобных ситуациях паника – главный враг. Поэтому приложил все усилия, чтобы успокоиться.

– Спокойно, спокойно, дышим глубоко, – настраивал он себя. – Мое приключение могло закончиться намного хуже.

Полностью успокоиться у Стаса не выходило. Он думал об опасностях, которые могут его подстерегать. Если начнется пурга, что в горной местности бывает очень часто, шансы на спасение резко сократятся.

– Ну-ка, быстро успокоился! Не ныть! – приказал Путилов самому себе. – Никакой пурги не будет! Пока все нормально.

Стасу жутко хотелось пить. Горло, словно огнем горело. Но, невзирая на это, он решил звать на помощь. Надеялся, что люди его услышат и прибегут на зов.

– Людиииии! Я здеееесь! Помогииииитееее! – изо всех сил кричал он.

Вокруг царила гробовая тишина. Ни звука. Сколько раз Станислав наслаждался такой умиротворяющей тишиной, стоя на краю очередного неизведанного склона горы. Сейчас эта тишина была не в радость. Она продемонстрировала иную свою сущность – не успокаивающую и приятную, а наоборот, пугающую, наводящую ужас.

– Помогиииитееее! Людииии! – надрывался Путилов.

Чем больше Стас кричал, тем сильнее его мучила жажда. И тут сноубордист вспомнил, что у него в кармане штанов покоится мобильный телефон. Обрадовался. Но радость тот час сменилась очередным приступом отчаяния – мобильник не достать. Ведь он не мог пошевелить руками. Он осознал, как будет обидно погибнуть здесь, в горах, не от травм и потери крови, а от банальной жажды. И все лишь потому, что не смог достать из кармана телефон и совершить спасительный звонок.

Хотя у Стаса были сомнения насчет наличия сотовой связи в этой местности.

– Ладно, Бог с ней, с этой сотовой связью, – разговаривал он сам с собой. – Главное сейчас – выбраться из снежного плена. – Так…. Потихоньку…. Раз-два, раз-два….

Стас пыхтел, фыркал, напрягал мышцы всего тела. Но удавалось лишь слегка шевелить пальцами ног и рук. Он, конечно, знал, что при сходе лавины снег подвергается процессу прессования. Но что настолько сильно –  представить не мог. Путилов пытался вывести из-за спины хотя бы одну руку. Но куда там! Она была намертво зафиксированной.

Глава III

– Еще и слепящее солнце бьет в глаза так, что слезы текут, – фыркая от напряжения, причитал сноубордист. – Ох, судьба моя тяжкая. В лавине выжил, а теперь придется так глупо умереть.

В глубине души Стас умирать, конечно, не собирался. Он, как мог, ободрял себя, настраивая на оптимистичный конец.

– Что за панические настроения?! Я выживу, – шептал он. – Меня скоро обязательно найдут.

К сожалению, эти мысли не придали оптимизма. Стас с горечью осознал, что ни одной живой душе не сообщил, куда направляется. Но тот час нашел достойные аргументы. В горном отеле его обязательно хватятся. Поймут, что постояльца нет и его надо срочно искать. Сообщат спасателям. Но, даже если это все-таки произойдет, то поиски начнутся не ранее следующего утра. Ведь персонал отеля может заподозрить неладное только после того, как поймет, что постоялец отсутствовал ночью. А сейчас лишь полдень.

Да и поиски могут длиться непонятно, сколько времени. Ведь спасатели первым делом начнут исследовать известные спусковые трассы и их окрестности. А уже потом приступят к прочесыванию нехоженых склонов, в которых немудрено заблудиться. А уж отыскать человека – задача неимоверно сложная.

– А если к моменту поиска я буду без сознания? – спросил сам себя Путилов. – Ведь тогда я не смогу подать голос, закричать! Это будет конец! Могут и не найти.

Товарищи не раз советовали Стасу приобрести передатчик. Всегда брать его с собой на горные склоны. Но Путилов отнекивался, жалел денег. И вот что из этого вышло. Сейчас бы это устройство здорово помогло.

Бесчисленные попытки пошевелить конечностями оставались безуспешными. Стас мог лишь вертеть головой. Жажда все больше напоминала о себе.

– Может, наестся снега? – думал Путилов. – Нет, нельзя, еще больше будет хотеться пить. Что-то стало холодать. Этого только не хватало! Ночь я не продержусь. Надо что-то придумать. Но что?!

Сноубордист пытался хотя бы примерно понять, каково расстояние от места его заточения до канатной дороги. Перед выходом к трассе сначала он поднялся по канатке, потом сотрудник отеля отвез его выше на снегоходе. Езда заняла около получаса. Затем он уже сам поднимался вверх по хребту, высматривая подходящий спуск. На это тоже ушло минут 30 или чуть меньше.

А вот какое расстояние его протащила лавина, Стас даже представить не мог. И посмотреть на вершину горы, чтобы прикинуть, не получается, так как обернуться назад невозможно. Не позволяет холмик спрессованного снега, образовавшийся позади головы. Мысль, что ему придется ночевать, находясь в таком положении, убивала надежду на спасение. Стас понимал, что переохлаждение организма может наступить гораздо раньше, чем его начнут искать.   

– Блин, теперь еще по малой нужде захотелось, – комментировал вслух свое состояние Путилов. – Ладно, пока терпеть могу. Ну, надо же что-то предпринимать! Как же быть?

Стас попробовал раскачаться. Но это, увы, ни к чему не привело.

– Черт! Начинаю зябнуть. Это плохо. Очень плохо.

В течение следующих 2 часов Станислав пытался высвободить себя из снега. Орал, прося о помощи. Но все без толку. Солнышко медленно закатывалось за склон горы, лишая его призрачной надежды на благополучный конец.

Глава IV

– Я хочу жить! Хочу!!! Я еще молод. И не пожил толком. Не успел даже жениться и детей завести. А как же мать и отец без меня будут? А братишка младший? Вот так и будут, – причитал Станислав. – Как же сейчас хочется увидеть всех своих родных.

Теперь Стас проклинал себя за то, что был невнимателен к близким, редко навещал родителей. Даже звонил всего раз в месяц. Когда мать звонила на мобильник, он часто сбрасывал ее. Было стыдно перед друзьями, что его, такого взрослого и самостоятельно, контролирует мама. Путилов часто хвастал перед товарищами и девушками, какой он крутой. Рассказывал, как всегда один спускается по нехоженым горным склонам…

– А теперь что? Чего я добился? К чему привела моя крутость?! – корил себя Путилов. – Люди уверены, что бессмертны. Но эта убежденность легко исчезает, когда они попадают в смертельно опасные ситуации.

От холода Станислав уже не чувствовал пальцы ни на руках, ни на ногах. И пить ему хотелось жутко. А еще мочевой пузырь отчетливо сигнализировал, что, если его не опорожнят, он скоро лопнет. Стас решил помочиться в штаны.

– А что делать, раз так вышло?! – произнес он. – Теперь надо решить проблему жажды. Может, все-таки снег?

Стас как можно ниже наклонил голову, начал откусывать и жевать верхнюю обледеневшую корку снега, который таял во рту. Глотки получались маленькими. Снег от жажды не спас, а только еще больше выстудил организм изнутри.

– Может как-то выгрызть себя? – думал Стас. – Нет, не получится. Голова только вниз опускается, до остального снега не дотянуться. Ох, ты! Как больно! Судорога!

Лицо сноубордиста исказилось от боли. Сильная судорога свела ногу в районе голени. Адская боль отдавала в бедро и ступню, усиливаясь от осознания того, что нельзя даже пошевелиться. Плотный снежный кокон убивал Путилова медленно, изысканно, изощренно. С каждым мгновением пить хотелось все сильнее. Волнами накатывала дрожь. Растаявший во рту снег помогал справляться с жаждой лишь на несколько минут. Снег, до которого Станислав мог дотянуться головой, был съеден весь. Теперь придется терпеть жажду беспрерывно.

– Вот и конец мой близок, – прошептал Путилов. – Умру тихо. И мир вокруг ничуть не изменится, никто даже не заметит, что меня не стало.

Он где-то слышал, что смерть от переохлаждения считается одной из самых легких. Сильно замерзшего человека начинает просто клонить в сон. Он засыпает и уже не просыпается никогда.

– Господь, прошу, помоги! Спаси меня! Я не буду грешить! Обещаю! Я буду регулярно посещать церковь, помогать бедным, жертвовать деньги на благотворительность, – Стас начал неумело молиться, хотя никаких молитв не знал.

Потом вновь принялся орать во все горло, насколько хватало сил. Но вскоре он еще больше ослаб. Появилась сонливость. Ему жутко хотелось закрыть глаза, но он сопротивлялся.

– Не спать!!! – приводил себя в чувства Путилов. – А хочется-то как! Может, придремнуть чуть-чуть? Всего 5 минуточек, а? Прикрою глаза и начну мысленно песню какую-нибудь петь – это поможет не уснуть. Всего минутку…. Нет, не буду спать…. Не буду…. Не бу…

Из ласковых объятий смертельно опасного сна Путилова выдернула очередная мощная судорога икроножной мышцы. Взамен она даровала ему нестерпимую боль, которая длилась около минуты.

– Боже, какая у меня мучительная смерть! – Стас уже плакал. – Да что ж у меня за мысли такие?! Не могу я умереть. Вот не могу и все! Чувствую, что спасусь. Надо бороться! Вот только немножко посплю и начну что-то делать…. Отдохнуть надо. К родителям надо съездить…. И Сашку с Димкой тоже проведать…. Сейчас высплюсь, потом поеду к родителям, а после них позвоню Сашке…. И не так уж здесь холодно…. Наоборот, тепленько, уютно, хорошо…

Снова открыть глаза сноубордиста заставила резко накатившая волна боли в ноге. Судорога отступать не желала. Потом появилась дрожь во всем теле. Стас вскинул голову к небу и взвыл от бессилия. Вдруг глаза его неестественно расширились, он замер, открыв от удивления рот. Прямо к нему, легко шагая по глубоким снежным заносам, приближался человек. На нем были надеты темные брюки и белая, развевающаяся на ветру рубашка. Человек шел, низко склонив голову, словно что-то искал под ногами.

– Помогитееее!!! Помогитееее!!! – закричал Стас. – Я здеееесь!

Человек остановился. Начал озираться по сторонам. Потом, заметив темнеющую на снежном ковре голову Стаса, медленно двинулся в ее сторону. Через пару минут он уже был рядом. Подошел к Стасу вплотную, присел на корточки и, подняв голову к вершине горы, начал любоваться окрестными красотами.

– Дружище! Братец! Спасибо тебе! – от радости Стаса трясло. – Я уже думал, что мне крышка. Слушай, как тебе удалось отыскать меня? Я катался на доске, а тут лавина, представляешь?.. Пить хочу ужасно и замерз, как собака.

Подошедший человек был крепким, высоким мужчиной с черными, как смоль, волосами и живыми глазами небесного цвета. Не обращая внимания на Стаса, он продолжал невозмутимо осматривать горные пейзажи.

– Как твое имя? – спросил он, никак не отреагировав на эмоциональный рассказ застрявшего в снегу Путилова.

– Стас!

– Стас, только без истерик, ладно? – теперь мужчина сверлил Стаса своим ледяным взглядом. – По моим прикидкам ты уже давно должен быть мертвым, понимаешь? Давай без глупых вопросов и слез. Хорошо? Тебе просто нужно принять это как данность, как неизбежность. Договорились?

– Ты чего, дружище, – Стас нервно хохотнул. – Ну, все, хватит прикалываться! Уже становится не смешно. Как это – умер?! Вот он я – живой! Если бы я был мертвым, не смог бы разговаривать с тобой, верно?

Мужчина молчал и продолжал пристально разглядывать сноубордиста.

– Слушай, ты можешь кому-то сообщить обо мне? Рация есть? – спросил Стас. – Помоги-ка мне отрыться, а то я…

– Нет, я сказал, – произнес мужчина грубым тоном, перебив Стаса. – Все. Ты мертв. Без вариантов. Люди найдут твой труп. Но не ранее, чем через год.

Глава V

Слушая мужчину, Стас не знал, что и думать. «Галлюцинации? Я в агонии, в предсмертном бреду? А может, действительно уже помер и ко мне явился ангел? – он мысленно перебирал варианты. И только сейчас Путилов обратил внимание, насколько странно и неуместно одет мужчина.

– А вы вообще кто? – спросил опешивший Станислав. – Хорош смеяться, помоги откопаться.

– Я проводник. И очень рад, что познакомился с тобой. Когда лавина тебя тащила по склону, я стоял вон там, – загадочный мужчина указал рукой в сторону дальнего горного выступа. – Интересно было понаблюдать, как ты катился. Признаться, в один момент ко мне пришла уверенность, что ты сумеешь откопаться самостоятельно. Но, увы…. Видимо, судьба у тебя такая…

– Просто стоял и наблюдал?! – возмутился обессиленный Стас. – А почему же не помог? И что теперь, ты меня замерзать здесь бросишь?

– Ничем помочь не могу. Ты мертвый, – медленно, четко проговаривая каждое слово, произнес проводник.

– Нет! Что ты городишь?! Я жив! Сам посмотри! – Сноубордист уже кипел от ярости.

– Ну, хорошо, – уже спокойным тоном сказал мужчина. – Если тебе так будет легче, думай, что живой. Я забираю тебя с собой. Мы сейчас отправимся к пересадочной станции. Там я передам тебя другому проводнику…

– Какому проводнику, ты о чем вообще?! – перебил мужчину Станислав. В глазах его плескался неподдельный ужас.

– На станции о тебе позаботится другой проводник. Все будет нормально, не переживай, – слегка улыбнувшись, так же спокойно продолжал говорить мужчина. – Разреши поздравить тебя с началом нового, так сказать, бытия.

– Какого бытия?! Ты, наверное, сумасшедший, как же я раньше-то не догадался! – теперь Стас был уверен, что общается с умалишенным человеком, одетым не по сезону, непонятно зачем бегающим по безлюдным горным склонам.

– Вставай. Пойдем, – проводник подал Стасу свою широкую ладонь.

– Ты совсем с катушек съехал?! Я тебе полчаса объясняю, что застрял в этом снегу, как в бетоне. Выбраться не могу. А ты говоришь, чтобы я вставал и шел?! – Стас негодовал, зло сверкая глазами. – И что я, по-твоему, должен сейчас предпринять? Просто встать и пойти? А то бы я без тебя не додумался подняться и уйти отсюда! Издеваешься, что ли?

– Нет, какие могут быть издевательства? – мужчина состроил обиженную гримасу. – Скажи, Стас, ты сильно замерз?  

– Да, да, черт возьми! Я очень замерз, очень за… – Станислав осекся на полуслове, так как понял, что ему ни капельки не холодно. Судорога больше себя не проявляла, дрожь и жажда исчезли. Онемение пальцев прошло.

– Блин, я действительно не чувствую холода. Но это не повод для радости! Это значит лишь то, что я уже окончательно отморозил тело. И, если ты сейчас же не поможешь мне откопаться, я на самом деле умру! Слышишь?!

– Ммда, ничего другого я и не ожидал, – усмехнувшись, мужчина пропустил слова Стаса мимо ушей. – По большому счету у тебя обычная, вполне предсказуемая реакция на то, что произошло.

– Хватит прикалываться! Если бы я мог, сейчас с удовольствием бы дал тебе подзатыльник за такие шуточки! – понимая, что его жизнь теперь зависит от этого умалишенного, Станислав все равно не мог сдержать злости.

– Слушай меня внимательно. И не надо перебивать, договорились? – уверенным тоном попросил проводник. – То, что ты от меня услышал – правда. В словах о твоей смерти нет ни грамма лжи. Ты по-настоящему умер. Меня послали, чтобы я отвел тебя туда, где и положено находиться покойникам, душам, которые покинули свои телесные оболочки. 

– Так, стоп! А если я не захочу идти с тобой? – Стас понял, что угрозы и крики не помогут. Он решил принять правила игры сумасшедшего мужика. – Скажи, что будет, если я откажусь, а?

– Если откажешься и продолжишь упрямиться, я просто-напросто развернусь и уйду. И больше ты меня не увидишь, – безапелляционно заявил мужчина. – Но знай, что при таком раскладе тебе придется самостоятельно блуждать в этом мире, подыскивая теплое местечко для своей души. Скажу откровенно, мне несколько раз попадались чудаки, вроде тебя. И никому из них не удавалось справиться своими силами. Пойдем со мной. Поверь, так будет лучше. В первую очередь для тебя.

– А что будет дальше, если я не соглашусь следовать за тобой? – подыгрывал Стас проводнику.

– Насколько мне известно, тебя, скорее всего, зачислят в категорию неучтенных душ. Отныне тебе придется всю вечность блуждать по этому миру. Уже через сотню лет тебе это настолько надоест, что ты проклянешь тот час, когда решил отказаться пойти со мной. Слышал когда-нибудь о призраках, бестелесных существах, привидениях?

– Конечно, – ответил Станислав.

– Ну, вот! В этого самого призрака ты и превратишься! – воскликнул мужчина. – Открою секрет: в вечных блужданиях по Земле ничего интересного и приятного нет. Конец земного бытия – это еще не конец, поверь. Душа продолжает жить. Конец нормальному существованию наступает тогда, когда покойник отказывается идти с проводником. Вот где начинаются мучения и кошмары, которые нельзя сравнить ни с какими, даже самыми жестокими пытками!

– Господи, что у тебя в голове творится, – тихо произнес Стас, подозревая, что выбраться из снежного кокона мужчина ему вряд ли поможет.

– Ладно. Долго уговаривать тебя я не стану, – выпрямившись в полный рост, сказал мужчина. Но мне тебя жаль. Хороший ты парень, честно. Я надеялся тебя переубедить. Но вижу, что это бесполезно.

– И правильно. Не уговаривай, с тобой я все равно никуда не пойду, – подытожил Станислав. 

– Ты побудь здесь, – проводник указал рукой на место заточения сноубордиста. – Подумай хорошенько. Еще не поздно начать новое счастливое существование. Даю тебе последний шанс обрести вечный покой, а не подвергать свою молодую душу адским мучениям. А я, пока ты будешь раздумывать, прогуляюсь по склонам гор. Полюбуюсь видами. Эх, какая здесь красотища! Все-таки земная природа великолепна, неподражаема! Такой нигде нет!

Проводник медленным шагом направился к ближайшему горному выступу. Его легкая рубашка и брюки парусом раздувались на ветру. Дойдя до выбранного места, он легко, не напрягаясь, взобрался на возвышенность. Встал на край склона, поднял голову вверх и застыл.

Глава VI

«Ох, какой больной! Причем на всю голову…. Откуда он только взялся? Бродит по горам чуть ли не в строгом костюме. Странный. Одним словом, сумасшедший. Что с него возьмешь? Интересно, он что, со свадебного торжества или банкета сбежал?» – размышлял Станислав.

Он еще раз попытался вырваться из кокона. Но и эта попытка не увенчалась успехом.

«Блин, а если его слова – вовсе не бред умалишенного, и он говорит чистую правду? Что, если я и в самом деле уже мертв? Да, ну! Нет! Быть такого не может! Бред какой-то! Я же свое тело чувствую. Вот он я, живее всех живых. По крайне мере, пока. Но, если я действительно погиб при сходе лавины, перспектива у меня еще та! Мдаа, радоваться тут нечему» – пессимистичное настроение начинало овладевать Стасом.

– Эй, проводник, – крикнул он. Ему показалось, что крикнул. Но на самом деле он пропищал, поскольку сил оставалось все меньше.

Мужчина даже не пошевелился, стоял в той же позе, подняв глаза к небу.

«О! Как я раньше не догадался схитрить?! Сейчас позову его. Он подойдет. Я сообщу ему, что согласен отправиться с ним на эту, как ее там, перевалочную станцию. Он поможет мне откопаться из снега. И я пойду своей дорогой. Он же сумасшедший. А с такими людьми надо во всем соглашаться, провоцировать их на агрессию нельзя. Тьфу! Мне нужно было давно так и поступить. Силы бы сэкономил» — планировал Станислав.

– Эээээй! Как тебя там? Проводниииик! Сюда иди! Я согласен с тобой идти, – прилагая усилия, крикнул сноубордист.

В этот раз мужчина сразу услышал Стаса. Спрыгнул с выступа и, покачиваясь, направился к нему. Подошел, снова присел на корточки.

– Ну, что надумал? – спросил он. В его взгляде промелькнула хитринка.

– Говорю же, согласен с тобой идти, – спокойно, с улыбкой ответил Стас.  – Отведи меня на эту свою станцию. Там, надеюсь тепло? Отогреться хоть можно? Эх, мне бы сейчас не помешал стаканчик водочки для согрева.

Проводник приподнялся, вплотную подошел к Стасу. Опустился на колени. Поднес свою правую руку к его левому боку. Сноубордист удивленно наблюдал за странными действиями сумасшедшего мужика. Рука проводника каким-то неведомым образом сразу по плечо погрузилась в снег. «И как она так легко прошла через плотную снежную корку?» – изумился Путилов.

В следующее мгновение Станислав почувствовал, что проводник схватил его за левую руку. И, не напрягаясь, вытащил ее на поверхность.

– Ну, ты даешь! Зверь! Какая у тебя силища! – поразился сноубордист.

 Затем проводник проделал то же самое с правой рукой. После чего поднялся на ноги. Схватив Стаса за обе руки и упершись ногами в небольшой снежный нанос, стал вытягивать тело. Не веря своим глазам, Стас наблюдал, как его тело медленно высвобождается из снежного кокона. Через несколько минут уже половина тела оказалась на поверхности. Осталось освободить лишь бедра и нижние конечности.

– Ампулу! Быстро! Два кубика внутривенно!

– Что? Что ты говоришь? – Стас удивленно уставился на проводника.

– Я молчал! – неприветливо отгрызнулся мужчина. – Ты давай, не упирайся!

– Риск сохраняется. Но шансы есть. Можно спасти. Быстрее!!! Что ты возишься, как сонная муха?! – подгонял врач медсестру. – Готовьте дефибриллятор.

– Да что ты там себе под нос бормочешь? – спросил Станислав. – Ничего не слышу, говори громче.

– Тише ты! – прикрикнул на Стаса мужчина. Резко замер, перестав вытаскивать его из снега. Покрутил головой по сторонам, прислушался. После отпустил руки Стаса и внимательно посмотрел ему в глаза.

– Что происходит? – Стас ничего не понимал.

– Ну, ладно, – проводник нехотя поднялся на ноги. – Повезло тебе в этот раз. Я ухожу. А ты остаешься. До встречи, Стас. Надеюсь, что она будет нескорой. И это…. Родителей чаще навещай, ладно?

На лице мужчины отобразилась печальная улыбка. Он развернулся и медленно зашагал вдаль. И в этот момент резко началась метель.

– Эй, ты куда пошел?! Стой! Что случилось?! – кричал ничего не понимающий Стас вслед уходящему проводнику.

Мужчина обернулся и крикнул:

– Прощай, везунчик! Ты главное – сердце береги! Удачи!

У Станислава закружилась голова. Глаза закрылись и перед внутренним взором поплыли разноцветные кляксы. Через секунду его глаза открылись.

– Нормально. Выживет. Счастливчик, ешкин кот! – сказал врач.

– Его трясет, – медсестра склонилась над телом только что спасенного парня.

– Это и немудрено! Провалялся в снегу полночи. По пояс сам смог откопаться. А потом все. Отключился. Совсем чуть-чуть сил ему не хватило. Хорошо, что нашли. А то бы уже некого было спасать. Укройте его еще одним одеялом. Укутайте. Быстрее! И глаз с него не спускайте, — скомандовал врач.

Медсестра выполнила все указания врача. Накрыла Стаса вторым теплым одеялом, укутав, как куколку. Потом пересела в водительскую кабину реанимационного автомобиля скорой помощи и начала заполнять медицинскую документацию.

– Так, что тут у нас? – бормотала она себе под нос. Переохлаждение организма. Две остановки сердца…. Обезвоживание…. Ступни и кисти рук отморожены. Кровообращение в тканях восстановить не удалось. Скорее всего, придется ампутировать.

– Да, жаль паренька, – прошептал водитель, слушая медсестру. – Ну, с другой стороны, пусть будет благодарен за то, что быстро нашли его и спасли. Мог бы вообще замерзнуть насмерть. Нечего по глухим горным тропам без провожатых лазать. Будем ему наука на всю жизнь!

– Сотрудники МЧС, которые его спасали, рассказывали, что в момент, когда его нашли, он даже в сознание на несколько минут пришел, представляешь? Все какого-то проводника к себе звал. Бредил. Галлюцинации – в его состоянии это нормально. А потом снова вырубился, – делилась с водителем медсестра.

Станислав лежал на носилках, установленных в багажном отсеке машины, и прислушивался к разговору медсестры и водителя. Потом он ощутил резкую слабость, которая разлилась по всему телу. Прикрыв глаза, он крепко уснул.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
admin/ автор статьи
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: